Все равны, но мы равнее. Ferrari и злоупотребление властью в Ф1

— Коммендаторе, у вас есть минутка времени?
— Да у меня есть всё время в мире, потому что я ухожу из гонок!

Даже шесть десятилетий назад, когда британский актер Питер Устинов записал пластинку со скетчами под названием «Гран При Гибралтара» с голосовой имитацией гоночных автомобилей, этот диалог был уже своеобразным клише в мире автоспорта. Как только Энцо Феррари что-то не нравилось, он тут же угрожал уйти из гонок.

И сегодня, в 2017-м, новый президент итальянской компании Серджио Маркионе пошел по стопам своего именитого предшественника. Разница состоит в том, что если в те времена мало кто воспринимал слова Коммендаторе всерьез, сейчас все сильно изменилось.

Самовластие было свойственно им обоим, и если я со своей колокольни просто не мыслю ухода Скудерии из Больших Призов, то Маркионе рассуждает совершенно иными категориями.

Напомним, что именно Энцо первым стал называть команды, не производящие собственные моторы – вроде McLaren и Lotus – словом «гаражиста», и в его устах коллектив Ferrari неизменно обладал каким-то совершенно особым статусом в спорте. И он был не так далек от истины – если даже в наши дни большинство поклонников в Формуле 1 поддерживают исключительно гонщиков, то за Скудерию болеют как за настоящую команду, вне зависимости от того, кто защищает ее цвета.

© autosport.com

Как и все они, я также вырос в атмосфере всеобщего восхищения Ferrari. Для меня всегда красный цвет гоночной машины был уже наполовину победой. Но были еще фотографии, черные жеребцы на желтом фоне, характерно высокие для Ferrari ручки переключения передач и, конечно, неизменная надпись «PROVA MO» как знак качества. Да, и еще один неизменный атрибут – рёв 12-цилиндровых моторов.

Большинство из перечисленных отличительных особенностей машин Ferrari тех лет уже канули в Лету, но таинственность и мистика остаются присущи этой легендарной итальянской марке по сей день. В паддоке эта команда никогда не была особенно популярной и любимой, и в первую очередь из-за особого статуса, который открыто читался во все времена.

Энцо очень быстро понял, что этим можно и нужно пользоваться. Так, программка перед первым в истории Гран При 1950 года в Сильверстоуне содержала небольшую ноту сожаления, гласящую: «Планировалось участие в гонке ближайшего по скорости соперника Alfa Romeo – команды Ferrari, но, к несчастью, их заявка была отменена».

Почему?! Да потому что в те времена команды вели переговоры напрямую с устроителями гонок, и нельзя было договориться с ними о каких-то особенных финансовых условиях. Это предопределило схему проведения гоночных мероприятий на два ближайших десятилетия.

К тому же, в те годы очень частым явлением были так называемые внезачетные гонки, многие из которых проводились в Великобритании, а для зрителей факт участия в заездах команды Ferrari был чрезвычайно важен – по сути, многие считали, что если Скудерия не участвует, значит, гонка будет ненастоящей.

Энцо, прекрасно осознавая такое положение дел, пользовался этим направо и налево. И я помню, что когда был ребенком, часто расстраивался, узнав, что Ferrari опять пропустит ту или иную гонку.

© autosport.com

Иногда «старик» вел очень жесткие политические игры во время Гран При, и до начала 70-х, когда Берни Экклстоун создал Ассоциацию конструкторов Ф1 (FOCA) и начал сам вести дела с устроителями мероприятий от лица всех команд, никаких гарантий на участие Ferrari в той или иной гонке не было.

И такие игры часто сопровождались эксцентричными поступками и манерой поведения. Как пример, в конце 1964-го Ferrari не смогла договориться с итальянскими спортивными властями по вопросам омологации своих новых среднемоторных гоночных автомобилей, в результате чего на последнем этапе в Мексике Джон Сёртис выступал не в традиционных красных цветах, а в сине-белой раскраске команды North American Racing Team, и именно за рулем этой машины стал чемпионом мира.

Можно вспомнить 1986 и 1987 годы, когда Ferrari в попытке заставить FIA пересмотреть запрет на использование двигателей с количеством цилиндров больше восьми пригрозила уйти в серию CART, в то время набиравшую обороты, и даже построила для этого машины.

И снова методы Энцо сработали, как, впрочем, и всегда. В то же время сами угрозы итальянца покинуть чемпионат большинством в то время воспринимались лишь как громогласное сотрясание воздуха в попытке добиться своего. Все понимали, что бензин у Энцо в крови, и гонки – это и есть его жизнь.

До 1970 года, когда на горизонте появилась богатая компания Fiat, деньги в Маранелло особенно не водились, и многие гонщики могут это подтвердить. Так что Энцо, по сути, использовал отдел для производства дорожных машин исключительно для обеспечения жизнедеятельности гоночного подразделения.

Если вернуться к недавнему заявлению Маркионе и вновь провести параллели с Энцо Феррари, можно понять, что Серджио мыслит совсем иными категориями. Более того, сам он открыто заявил, что уход Скудерии из Формулы 1 будет положительно воспринят акционерами компании: «Это будет выгодно с точки зрения бизнеса».

Эта фраза прозвучала в ответ на объявление о планах новых владельцев спорта – компании Liberty Media. Маркионе выразил поддержку части их инициатив, но далеко не всем. В особенности он выступил против упрощения конструкции современных гибридных силовых установок.

© autosport.com

И хотя урожденный итальянец Маркионе большую часть жизни прожил в Канаде, его своеобразный английский язык нуждается в некоторых уточнениях.

«Мы не согласны с тем, – начал Серджио, – что силовые установки должны потерять присущую им уникальность, определяющую лицо участников соревнований. Похоже, в настоящее время мы не вполне разделяем стратегию развития спорта, которая изменится с 2021 года. Ferrari вынуждена будет принять в этой связи ряд важных решений.

Если мы не сможем выработать условия, удовлетворяющие уровню нашего бренда, экономической целесообразности и укреплению исключительного положения, Ferrari выйдет из игры».

Исключительного положения… Не о том ли идет речь, чтобы продолжать получать от FOM бонусы лишь за название Ferrari? Ну, ладно, с огромным вкладом в Формулу 1 на протяжении последних 70 лет я еще могу согласиться, но как быть с правом вето? Совершенно недопустимо и неприемлемо, чтобы у одной из команд была санкционированная FIA возможность влиять на технический регламент. Где это видано? В каком еще виде спорта одна из команд участвует в составлении правил первенства?

Что касается слов Маркионе, то он добавил: «Мы действуем исключительно из лучших побуждений. Посмотрим, к чему это приведет». А на вопрос о том, беспокоит ли его тот факт, что именно при нем Ferrari может покинуть Формулу 1, итало-канадец ответил отрицательно.

Одно дело – болельщики, и совсем другое – акционеры…

Перевел и адаптировал материал: Александр Гинько

Источник: https://www.autosport.com/f1/feature/7826/how-ferrari-has-always-abused-its-power

© autosport.com

Подписывайтесь на наш канал в Telegram!

Источник